Итак, понятия "тепло" и "температура" были разграничены; был накоплен экспериментальный материал, позволяющий в первом приближении подойти к теории тепловых явлений. Естественно, в порядок дня встал вопрос о том, как далеко может простираться температурная шкала - как вверх, так и вниз.
По части верхнего предела температур и та и другая гипотезы ничего существенного дать не могли; действительно, как определить предельное содержание "тепловой материи" - теплорода в теле (и есть ли такой предел вообще)? Точно так же не было возможности установить, какая интенсивность теплового движения молекул (корпускул) тела может быть предельной.
По этим причинам вопросом о существовании верхнего предела температур специально никто не занимался. Он вообще не был в то время актуальным (того, что давал огонь, вполне хватало и для практики, и для научных исследований).
Совсем иная ситуация сложилась в области низких температур. Здесь можно было подойти к решению задачи как с позиций вещественной, так и корпускулярной теорий теплоты. Кроме этого, и в части экспериментального исследования можно было ожидать много нового, в особенности при охлаждении различных газов и жидкостей.
Все занимавшиеся этими вопросами с редким единодушием и независимо от приверженности к той или иной гипотезе о природе тепла приходили к выводу, что нижний предел охлаждения Несомненно существует.
Первым и здесь был Г. Галилей. Вот его мнение, относящееся к 1613 г.: "При увеличении количества теплорода температура тела повышается, а при уменьшении - понижается. При полном отсутствии теплорода в теле достигается наинизшая возможная температура".
Английский философ Д. Локк, придерживающийся противоположной - корпускулярной теории теплоты, пришел тем не менее к такому же выводу (1698 г.): "...Максимальная степень холода означает прекращение движения неосязаемых частиц".
